Интервью председателя комитета парламента Ирана по нацбезопасности и внешней политике Эбрахима Азизи

Вопрос 1. В понедельник официальный представитель МИД Ирана Исмаил Багаи заявил, что Тегеран и Вашингтон достигли взаимопонимания по ряду вопросов, однако подчеркнул, что говорить об окончательном соглашении пока рано. На ваш взгляд, какие главные препятствия могут помешать достижению договоренности и привести к новому витку напряжённости или эскалации конфликта? Ответ. Главным препятствием на пути к меморандуму о взаимопонимании между Ираном и США при посредничестве Пакистана, о котором вы упомянули со ссылкой на заявление представителя иранского МИД, остается нарушение американской стороной своих обязательств и отказ соблюдать достигнутые договоренности. США неоднократно нарушали свои обещания. Многолетний опыт Ирана в отношениях с США показывает, что Вашингтон не придаёт значения ни обязательствам, ни соглашениям. Именно поэтому сегодня главным фактором, мешающим достижению устойчивого соглашения, остается поведение американской стороны. Мы исходим из того, что США склонны нарушать договоренности и действовать в логике отказа от собственных обязательств. С таким подходом американцы не смогут добиться результата. В Иране сегодня существует глубокое недоверие к США, возникшее именно из-за неоднократного нарушения ими своих обещаний. Эти условия были созданы самими американцами, и именно так воспринимает ситуацию наш народ. США нарушали обязательства не только перед Ираном - во многих международных вопросах они не смогли выполнить свои обещания даже перед собственными союзниками. Тем более это касается отношений с государством, с которым США имеют серьезные культурные и политические различия. Американской стороне необходимо пересмотреть свое поведение. В противном случае этот процесс не приведет к желаемому результату. Именно с учетом такого подхода мы сегодня и выстраиваем взаимодействие с США, и заявление представителя иранского МИД отражает эту позицию. Вопрос 2. В своей публикации в социальной сети X вы упомянули, что Иран разрабатывает механизм регулирования и контроля судоходства в Ормузском проливе, включая введение платы за проход через этот стратегически важный маршрут. Насколько подобный шаг может вызвать обеспокоенность у стран Персидского залива? И могут ли такие сборы распространяться также на Россию и Китай? Ответ. Все, что мы сегодня реализуем в Ормузском проливе, связано с обеспечением законных прав Ирана. Мы прошли через разные этапы: ситуацию до 12-дневной войны (атака Израиля на Иран 13 июня 2025 года - ред.) затем период до 40-дневной войны (агрессия США и Израиля против Ирана 28 февраля - ред.), а также обстоятельства после завершения этой войны. Во время 12-дневной войны мы по определенным причинам не предпринимали действий в Персидском заливе, поскольку стремились проявить максимальную сдержанность и терпение. Однако перед 40-дневной войной мы заранее заявили, что в случае начала конфликта он неизбежно приобретет региональный характер. Мы неоднократно предупреждали об этом, подчеркивали это и настаивали на недопустимости подобного развития событий. Такое поведение (США – ред.) не отвечает интересам всего региона Ближнего Востока. Еще до начала войны мы говорили региональным странам, что присутствие США не приводит к безопасности. И если мировое сообщество даст честную и справедливую оценку происходящему, оно убедится, что все эти годы мы последовательно утверждали: американское военное присутствие в регионе является источником нестабильности. Мы также неоднократно заявляли, что если против нас будут предприняты действия на территории Персидского залива со стороны союзников США и противников Ирана, особенно самих американцев, то конфликт будет переведен на региональный уровень. [28/05/2026 15:03] George Khatuntsev: Одним из проявлений такого развития событий стали наши удары по американским базам. Мы исходили из того, что присутствие США на Ближнем Востоке должно прекратится. Сегодня весь мир видит, что мы выполнили свои обещания и действовали в соответствии с ними. Ормузский пролив обладает для нас особым геополитическим значением. Он является частью наших территориальных вод и нашей географии, поэтому Иран вправе принимать по нему любые решения, которые сочтет необходимыми, и никто не может ставить под сомнение это право. То, к чему сегодня стремится Исламская Республика – это реализация тех принципов, о которых мы говорили с самого начала войны, а именно – разумное и эффективное управление Ормузским проливом. Сегодня Иран осуществляет управление проливом в соответствии со своими собственными правилами и механизмами. Безусловно, установление контроля и применение механизмов управления им со стороны Ирана носит постоянный, а не временный характер. США должны отказаться от иллюзий, будто наши меры в отношении Ормузского пролива являются ограниченными, локальными или краткосрочными. Региональные страны также должны принять эту реальность и действовать в соответствии с правилами Ирана. Что касается наших партнеров – Китая и России – то Иран всегда относился, относится и будет относиться к ним с особым уважением. Государства, которые на протяжении всех этих лет поддерживали Иран, сотрудничали с ним, помогали ему и оставались рядом в трудные периоды, безусловно, будут пользоваться особым вниманием при организации судоходства и транзита через Ормузский пролив. Это относится и к их судам и танкерам. Именно поэтому стратегические для нас государства, включая Китай и Россию, и впредь будут пользоваться особым подходом и благоприятными условиями в вопросах, связанных с Ормузским проливом. Вопрос 3. Сегодня тема Ормузского пролива рассматривается как потенциальный инструмент давления в переговорах с США, несмотря на официальные заявления о том, что этот вопрос сейчас не включен в переговорную повестку. Может ли Тегеран согласиться на возвращение к ситуации, существовавшей до начала войны, в обмен на снятие санкций и размораживание иранских активов? - Нет. Я уже ответил на этот вопрос, говоря о ситуации вокруг Ормузского пролива. Речь не идет о том, что мы намерены использовать этот вопрос как предмет переговоров или заявлять, что действующие сегодня механизмы регулирования Ормузского пролива могут быть изменены в ходе или после переговоров. Разумеется, Иран всегда принимает решения с учетом конкретных обстоятельств, и это не исключает возможности принятия более масштабных решений в будущем. Однако возвращение Ормузского пролива к той ситуации, которая существовала до войны, - то есть к условиям, при которых враждебные государства, их военные корабли или иные недружественные суда могли бы беспрепятственно проходить через пролив, входить в Персидский залив и предпринимать действия против нас – исключено. Вопрос 4. В условиях санкций и региональной напряжённости Иран сталкивается с растущим экономическим давлением. Некоторые наблюдатели считают, что дальнейшая эскалация может ослабить способность Тегерана к военному сопротивлению США и Израилю. Как вы оцениваете подобные прогнозы? И какова, по вашему мнению, способность Ирана продолжать противостоять внешним угрозам? Ответ. Я не принимаю саму постановку этого вопроса и ту идею, которая лежит в его основе – будто Иран находится под нарастающим давлением. Вы сами бывали в Иране, ездили по стране и видели ситуацию собственными глазами. Мы не находимся под усиленным давлением. Информация, которую вам предоставляют, безусловно, является неверной. Наш народ живет спокойно. И во время сорокадневной войны, и сейчас, спустя 80 дней после нее, любой внимательный и объективный наблюдатель может увидеть следующее: разве народ страны, находящейся под давлением, выходит на улицы в таком масштабе? Разве люди государства, которое якобы переживает нарастающий кризис, поднимают флаги своей страны и приходят на площади вместе со своими семьями? [28/05/2026 15:04] George Khatuntsev: Это ошибочный анализ и недостоверная информация. Да, американцы совершали бесчестные поступки, наносили ущерб иранским детям и мирным гражданам, и, разумеется, они уже получили и продолжают получать ответ на такие действия. И мы, безусловно, еще привлечем США к ответственности. Мы никогда не позволим, чтобы кровь мучеников школы в Минабе была пролита напрасно. Мы никогда не допустим, чтобы была забыта священная кровь нашего погибшего Имама - аятоллы Али Хаменеи - и наших мучеников. Как и во время сорокадневной войны, американцы получили удар, последствия которого до сих пор вызывают у них растерянность. Что означает тот факт, что они десятки раз в день говорят о переговорах, а президент США публикует более двадцати твитов за сутки? О чем это свидетельствует, если не о том, что Иран нанес им серьезный удар? Трамп получил пощечину от Ирана, и, как мне кажется, еще долгие годы не сможет оправиться от этого поражения. Поэтому утверждения о том, что мы находимся под возрастающим давлением, не соответствуют действительности. Да, санкции сами по себе являются тяжелым фактором, и никто этого не отрицает. Но сегодня экономическое давление на США, по нашему мнению, больше, чем на нас. Мы ожидаем, что цена нефти в США может опуститься до шести долларов. И сегодня именно американский народ сталкивается с тяжелыми условиями, как и европейцы. США и Европа испытывают дефицит, в том числе в сфере удобрений и сельскохозяйственной продукции, а также нехватку продовольственных ресурсов. Наш народ, напротив, сохраняет стойкость и достоинство. Разумеется, мы не отрицаем того факта, что, когда США и некоторые их союзники оказывают незаконное давление на поставки медикаментов, это создает для нас проблемы. Это правда. Когда американцы и европейцы вводят ограничения, касающиеся потребностей детей и пациентов с тяжелыми заболеваниями, такие люди действительно оказываются под давлением. Но это ненормально – это несправедливость и преступление против человечности. Ответственность за это лежит на США. Тем не менее сегодня наш народ больше сосредоточен не на экономических трудностях, а на противодействии американской политике и враждебным действиям Вашингтона. И с этой точки зрения мы не намерены оставлять действия США без ответа. Вопрос 5. Ранее Россия предлагала вариант вывоза высокообогащенного урана из Ирана, однако, эта идея была отвергнута США, согласно западным СМИ. Как вы оцениваете саму возможность передачи иранского урана за пределы страны? И может ли, например, Китай сыграть какую-либо роль в этом вопросе? Ответ. У нас нет никаких планов по вывозу обогащенного урана за пределы страны. Честно говоря, я даже не понимаю, из каких представлений вообще рождаются подобные вопросы. Мы не намерены передавать наш обогащенный уран ни третьим государствам, ни посредникам, ни куда-либо еще. Более того, на нынешнем этапе консультаций и обмена делегациями между Ираном и Пакистаном, а также на одном из этапов контактов с американцами, тема вывоза обогащенного урана вообще не обсуждается. Разве Иран - страна, которая считает себя победителем в этом противостоянии - позволит США даже поднимать столь чрезмерные требования? Американцы вообще не должны затрагивать этот вопрос, у них нет на это никакого права. Эта тема полностью отсутствует в нашей повестке. Мы считаем себя победителями в этом противостоянии, и именно Иран вышел победителем из этой войны. А победителям не диктуют условия и не указывают, как им следует поступать. С победившей стороной не обращаются как с проигравшей. Сегодня Исламская Республика Иран показала, что заявления США о своем статусе сверхдержавы были лишь громкими словами. По нашим оценкам, около девяти тысяч американцев покинули Персидский залив, четырнадцать американских баз были уничтожены, а также более двухсот самолётов и летательных аппаратов. Авианосец "Авраам Линкольн" покинул регион, как и "Джеральд Форд", который, как утверждается, ушел под предлогом пожара на борту. [28/05/2026 15:04] George Khatuntsev: И мир должен понять - как, по нашему мнению, должны понять и наши российские друзья - что Америка не так сильна, как сама пытается себя представить. Поэтому США не вправе принимать решения относительно нашего обогащенного урана. Мы действуем, исходя из собственных интересов, в рамках национальной безопасности, государственных интересов и воли иранского народа. Любое решение, принятое на высшем уровне системы, будет нами выполнено. Но очевидно одно: ни одно государство не передает свои стратегические активы своим противникам. Наше отношение к США хорошо известно, и американцы это понимают. Поэтому сегодня они уже не разговаривают с нами так, как разговаривают, например, с Венесуэлой. Вопрос 6. Какова ваша позиция в отношении ОАЭ? И продолжится ли обмен взаимными обвинениями между вами? Ответ. ОАЭ, на наш взгляд, нанесли ущерб региону и выбрали ошибочный путь. Поведение эмиратской стороны останется в исторической памяти иранского народа и сохранится в истории. Мы убеждены, что однажды ОАЭ пожалеют о своих действиях. И мы советуем им не доводить ситуацию до того момента, когда сожаление уже не сможет ничего изменить. Мы рекомендуем ОАЭ вернуться к интересам самого региона, поддерживать региональную безопасность и не действовать вопреки интересам народов Ближнего Востока. Следование ОАЭ американской политике мы рассматриваем как предательство интересов стран региона и исламского мира. Кроме того, сотрудничество эмиратской стороны с сионистским режимом относится к тем действиям, которые, по нашему мнению, не могут быть прощены. Некоторые аспекты взаимодействия ОАЭ с США мы, возможно, готовы оставить без реакции, однако их сотрудничество с Израилем не останется без последствий. Мы считаем недопустимым присутствие или укрепление позиций сионистского режима в регионе. ОАЭ, по нашему мнению, совершили ошибку. Мы внимательно следим за их действиями, а наши вооруженные силы обладают достаточной силой, возможностями и готовностью контролировать любые перемещения и изменения обстановки. Мы советуем эмиратской стороне не предпринимать шагов, о которых ей впоследствии придётся сожалеть. Было бы лучше, если бы они прислушались к братским советам Ирана. Мы по-прежнему считаем, что ОАЭ должны вернуться к более конструктивному курсу и отказаться от политики, которая, как мы полагаем, в будущем приведет их к еще большему сожалению. Что касается "Авраамовых соглашений" или так называемого "Авраамова мирного проекта", то мы не считаем его подлинным мирным процессом и рассматриваем скорее как форму конфронтации. По нашему мнению, этот проект не сможет быть реализован в регионе. Израиль, как считают в Иране, должен понимать, что его нынешний курс не имеет долгосрочного будущего. Попытки сохранить свое положение за счет сотрудничества с некоторыми странами региона и при поддержке США, с нашей точки зрения, в перспективе окажутся невозможными, и рано или поздно ему придётся признать существование собственных ограничений.

#9177343
03:39

Боевая подготовка штурмовых подразделений группировки войск "Запад" в ЛНР

Репортажи

Коллекции

Официальная Россия

Спорт

Календарь дат и событий

Архив

Мероприятия пресс-центра

Видео

Интервью председателя комитета парламента Ирана по нацбезопасности и внешней политике Эбрахима Азизи

Вопрос 1. В понедельник официальный представитель МИД Ирана Исмаил Багаи заявил, что Тегеран и Вашингтон достигли взаимопонимания по ряду вопросов, однако подчеркнул, что говорить об окончательном соглашении пока рано. На ваш взгляд, какие главные препятствия могут помешать достижению договоренности и привести к новому витку напряжённости или эскалации конфликта? Ответ. Главным препятствием на пути к меморандуму о взаимопонимании между Ираном и США при посредничестве Пакистана, о котором вы упомянули со ссылкой на заявление представителя иранского МИД, остается нарушение американской стороной своих обязательств и отказ соблюдать достигнутые договоренности. США неоднократно нарушали свои обещания. Многолетний опыт Ирана в отношениях с США показывает, что Вашингтон не придаёт значения ни обязательствам, ни соглашениям. Именно поэтому сегодня главным фактором, мешающим достижению устойчивого соглашения, остается поведение американской стороны. Мы исходим из того, что США склонны нарушать договоренности и действовать в логике отказа от собственных обязательств. С таким подходом американцы не смогут добиться результата. В Иране сегодня существует глубокое недоверие к США, возникшее именно из-за неоднократного нарушения ими своих обещаний. Эти условия были созданы самими американцами, и именно так воспринимает ситуацию наш народ. США нарушали обязательства не только перед Ираном - во многих международных вопросах они не смогли выполнить свои обещания даже перед собственными союзниками. Тем более это касается отношений с государством, с которым США имеют серьезные культурные и политические различия. Американской стороне необходимо пересмотреть свое поведение. В противном случае этот процесс не приведет к желаемому результату. Именно с учетом такого подхода мы сегодня и выстраиваем взаимодействие с США, и заявление представителя иранского МИД отражает эту позицию. Вопрос 2. В своей публикации в социальной сети X вы упомянули, что Иран разрабатывает механизм регулирования и контроля судоходства в Ормузском проливе, включая введение платы за проход через этот стратегически важный маршрут. Насколько подобный шаг может вызвать обеспокоенность у стран Персидского залива? И могут ли такие сборы распространяться также на Россию и Китай? Ответ. Все, что мы сегодня реализуем в Ормузском проливе, связано с обеспечением законных прав Ирана. Мы прошли через разные этапы: ситуацию до 12-дневной войны (атака Израиля на Иран 13 июня 2025 года - ред.) затем период до 40-дневной войны (агрессия США и Израиля против Ирана 28 февраля - ред.), а также обстоятельства после завершения этой войны. Во время 12-дневной войны мы по определенным причинам не предпринимали действий в Персидском заливе, поскольку стремились проявить максимальную сдержанность и терпение. Однако перед 40-дневной войной мы заранее заявили, что в случае начала конфликта он неизбежно приобретет региональный характер. Мы неоднократно предупреждали об этом, подчеркивали это и настаивали на недопустимости подобного развития событий. Такое поведение (США – ред.) не отвечает интересам всего региона Ближнего Востока. Еще до начала войны мы говорили региональным странам, что присутствие США не приводит к безопасности. И если мировое сообщество даст честную и справедливую оценку происходящему, оно убедится, что все эти годы мы последовательно утверждали: американское военное присутствие в регионе является источником нестабильности. Мы также неоднократно заявляли, что если против нас будут предприняты действия на территории Персидского залива со стороны союзников США и противников Ирана, особенно самих американцев, то конфликт будет переведен на региональный уровень. [28/05/2026 15:03] George Khatuntsev: Одним из проявлений такого развития событий стали наши удары по американским базам. Мы исходили из того, что присутствие США на Ближнем Востоке должно прекратится. Сегодня весь мир видит, что мы выполнили свои обещания и действовали в соответствии с ними. Ормузский пролив обладает для нас особым геополитическим значением. Он является частью наших территориальных вод и нашей географии, поэтому Иран вправе принимать по нему любые решения, которые сочтет необходимыми, и никто не может ставить под сомнение это право. То, к чему сегодня стремится Исламская Республика – это реализация тех принципов, о которых мы говорили с самого начала войны, а именно – разумное и эффективное управление Ормузским проливом. Сегодня Иран осуществляет управление проливом в соответствии со своими собственными правилами и механизмами. Безусловно, установление контроля и применение механизмов управления им со стороны Ирана носит постоянный, а не временный характер. США должны отказаться от иллюзий, будто наши меры в отношении Ормузского пролива являются ограниченными, локальными или краткосрочными. Региональные страны также должны принять эту реальность и действовать в соответствии с правилами Ирана. Что касается наших партнеров – Китая и России – то Иран всегда относился, относится и будет относиться к ним с особым уважением. Государства, которые на протяжении всех этих лет поддерживали Иран, сотрудничали с ним, помогали ему и оставались рядом в трудные периоды, безусловно, будут пользоваться особым вниманием при организации судоходства и транзита через Ормузский пролив. Это относится и к их судам и танкерам. Именно поэтому стратегические для нас государства, включая Китай и Россию, и впредь будут пользоваться особым подходом и благоприятными условиями в вопросах, связанных с Ормузским проливом. Вопрос 3. Сегодня тема Ормузского пролива рассматривается как потенциальный инструмент давления в переговорах с США, несмотря на официальные заявления о том, что этот вопрос сейчас не включен в переговорную повестку. Может ли Тегеран согласиться на возвращение к ситуации, существовавшей до начала войны, в обмен на снятие санкций и размораживание иранских активов? - Нет. Я уже ответил на этот вопрос, говоря о ситуации вокруг Ормузского пролива. Речь не идет о том, что мы намерены использовать этот вопрос как предмет переговоров или заявлять, что действующие сегодня механизмы регулирования Ормузского пролива могут быть изменены в ходе или после переговоров. Разумеется, Иран всегда принимает решения с учетом конкретных обстоятельств, и это не исключает возможности принятия более масштабных решений в будущем. Однако возвращение Ормузского пролива к той ситуации, которая существовала до войны, - то есть к условиям, при которых враждебные государства, их военные корабли или иные недружественные суда могли бы беспрепятственно проходить через пролив, входить в Персидский залив и предпринимать действия против нас – исключено. Вопрос 4. В условиях санкций и региональной напряжённости Иран сталкивается с растущим экономическим давлением. Некоторые наблюдатели считают, что дальнейшая эскалация может ослабить способность Тегерана к военному сопротивлению США и Израилю. Как вы оцениваете подобные прогнозы? И какова, по вашему мнению, способность Ирана продолжать противостоять внешним угрозам? Ответ. Я не принимаю саму постановку этого вопроса и ту идею, которая лежит в его основе – будто Иран находится под нарастающим давлением. Вы сами бывали в Иране, ездили по стране и видели ситуацию собственными глазами. Мы не находимся под усиленным давлением. Информация, которую вам предоставляют, безусловно, является неверной. Наш народ живет спокойно. И во время сорокадневной войны, и сейчас, спустя 80 дней после нее, любой внимательный и объективный наблюдатель может увидеть следующее: разве народ страны, находящейся под давлением, выходит на улицы в таком масштабе? Разве люди государства, которое якобы переживает нарастающий кризис, поднимают флаги своей страны и приходят на площади вместе со своими семьями? [28/05/2026 15:04] George Khatuntsev: Это ошибочный анализ и недостоверная информация. Да, американцы совершали бесчестные поступки, наносили ущерб иранским детям и мирным гражданам, и, разумеется, они уже получили и продолжают получать ответ на такие действия. И мы, безусловно, еще привлечем США к ответственности. Мы никогда не позволим, чтобы кровь мучеников школы в Минабе была пролита напрасно. Мы никогда не допустим, чтобы была забыта священная кровь нашего погибшего Имама - аятоллы Али Хаменеи - и наших мучеников. Как и во время сорокадневной войны, американцы получили удар, последствия которого до сих пор вызывают у них растерянность. Что означает тот факт, что они десятки раз в день говорят о переговорах, а президент США публикует более двадцати твитов за сутки? О чем это свидетельствует, если не о том, что Иран нанес им серьезный удар? Трамп получил пощечину от Ирана, и, как мне кажется, еще долгие годы не сможет оправиться от этого поражения. Поэтому утверждения о том, что мы находимся под возрастающим давлением, не соответствуют действительности. Да, санкции сами по себе являются тяжелым фактором, и никто этого не отрицает. Но сегодня экономическое давление на США, по нашему мнению, больше, чем на нас. Мы ожидаем, что цена нефти в США может опуститься до шести долларов. И сегодня именно американский народ сталкивается с тяжелыми условиями, как и европейцы. США и Европа испытывают дефицит, в том числе в сфере удобрений и сельскохозяйственной продукции, а также нехватку продовольственных ресурсов. Наш народ, напротив, сохраняет стойкость и достоинство. Разумеется, мы не отрицаем того факта, что, когда США и некоторые их союзники оказывают незаконное давление на поставки медикаментов, это создает для нас проблемы. Это правда. Когда американцы и европейцы вводят ограничения, касающиеся потребностей детей и пациентов с тяжелыми заболеваниями, такие люди действительно оказываются под давлением. Но это ненормально – это несправедливость и преступление против человечности. Ответственность за это лежит на США. Тем не менее сегодня наш народ больше сосредоточен не на экономических трудностях, а на противодействии американской политике и враждебным действиям Вашингтона. И с этой точки зрения мы не намерены оставлять действия США без ответа. Вопрос 5. Ранее Россия предлагала вариант вывоза высокообогащенного урана из Ирана, однако, эта идея была отвергнута США, согласно западным СМИ. Как вы оцениваете саму возможность передачи иранского урана за пределы страны? И может ли, например, Китай сыграть какую-либо роль в этом вопросе? Ответ. У нас нет никаких планов по вывозу обогащенного урана за пределы страны. Честно говоря, я даже не понимаю, из каких представлений вообще рождаются подобные вопросы. Мы не намерены передавать наш обогащенный уран ни третьим государствам, ни посредникам, ни куда-либо еще. Более того, на нынешнем этапе консультаций и обмена делегациями между Ираном и Пакистаном, а также на одном из этапов контактов с американцами, тема вывоза обогащенного урана вообще не обсуждается. Разве Иран - страна, которая считает себя победителем в этом противостоянии - позволит США даже поднимать столь чрезмерные требования? Американцы вообще не должны затрагивать этот вопрос, у них нет на это никакого права. Эта тема полностью отсутствует в нашей повестке. Мы считаем себя победителями в этом противостоянии, и именно Иран вышел победителем из этой войны. А победителям не диктуют условия и не указывают, как им следует поступать. С победившей стороной не обращаются как с проигравшей. Сегодня Исламская Республика Иран показала, что заявления США о своем статусе сверхдержавы были лишь громкими словами. По нашим оценкам, около девяти тысяч американцев покинули Персидский залив, четырнадцать американских баз были уничтожены, а также более двухсот самолётов и летательных аппаратов. Авианосец "Авраам Линкольн" покинул регион, как и "Джеральд Форд", который, как утверждается, ушел под предлогом пожара на борту. [28/05/2026 15:04] George Khatuntsev: И мир должен понять - как, по нашему мнению, должны понять и наши российские друзья - что Америка не так сильна, как сама пытается себя представить. Поэтому США не вправе принимать решения относительно нашего обогащенного урана. Мы действуем, исходя из собственных интересов, в рамках национальной безопасности, государственных интересов и воли иранского народа. Любое решение, принятое на высшем уровне системы, будет нами выполнено. Но очевидно одно: ни одно государство не передает свои стратегические активы своим противникам. Наше отношение к США хорошо известно, и американцы это понимают. Поэтому сегодня они уже не разговаривают с нами так, как разговаривают, например, с Венесуэлой. Вопрос 6. Какова ваша позиция в отношении ОАЭ? И продолжится ли обмен взаимными обвинениями между вами? Ответ. ОАЭ, на наш взгляд, нанесли ущерб региону и выбрали ошибочный путь. Поведение эмиратской стороны останется в исторической памяти иранского народа и сохранится в истории. Мы убеждены, что однажды ОАЭ пожалеют о своих действиях. И мы советуем им не доводить ситуацию до того момента, когда сожаление уже не сможет ничего изменить. Мы рекомендуем ОАЭ вернуться к интересам самого региона, поддерживать региональную безопасность и не действовать вопреки интересам народов Ближнего Востока. Следование ОАЭ американской политике мы рассматриваем как предательство интересов стран региона и исламского мира. Кроме того, сотрудничество эмиратской стороны с сионистским режимом относится к тем действиям, которые, по нашему мнению, не могут быть прощены. Некоторые аспекты взаимодействия ОАЭ с США мы, возможно, готовы оставить без реакции, однако их сотрудничество с Израилем не останется без последствий. Мы считаем недопустимым присутствие или укрепление позиций сионистского режима в регионе. ОАЭ, по нашему мнению, совершили ошибку. Мы внимательно следим за их действиями, а наши вооруженные силы обладают достаточной силой, возможностями и готовностью контролировать любые перемещения и изменения обстановки. Мы советуем эмиратской стороне не предпринимать шагов, о которых ей впоследствии придётся сожалеть. Было бы лучше, если бы они прислушались к братским советам Ирана. Мы по-прежнему считаем, что ОАЭ должны вернуться к более конструктивному курсу и отказаться от политики, которая, как мы полагаем, в будущем приведет их к еще большему сожалению. Что касается "Авраамовых соглашений" или так называемого "Авраамова мирного проекта", то мы не считаем его подлинным мирным процессом и рассматриваем скорее как форму конфронтации. По нашему мнению, этот проект не сможет быть реализован в регионе. Израиль, как считают в Иране, должен понимать, что его нынешний курс не имеет долгосрочного будущего. Попытки сохранить свое положение за счет сотрудничества с некоторыми странами региона и при поддержке США, с нашей точки зрения, в перспективе окажутся невозможными, и рано или поздно ему придётся признать существование собственных ограничений.

#9177343
03:39

Инфографика